Мечта о Господе

Меня не стало,
родилось звучание,
ноты вне музыки
благословленные
жданием сложения.
На чистом листе
острым пером
без чернил -
шрам
росчерка
Мастера.
Наживо.
Срезана
кожа ментала.
Кровоточение
Тишины
совершенной
нежности.
Перина небес
цвета топленого молока
разбита в клочья,
яркой синевы
распахнулась суть
ступенями.
Соленый вкус
пути
и крови,
первооснова
в наслаждении губ,
вбирающих
по миллиметрам
поцелуи.
Сплавляющих в Огне нектар
из нас
и из Мечты
о Господе,
прозревшем
нами.